История и традиции Криминальная Традиция

Покушение на Леонида Брежнева, совершенное Виктором Ильиным

22 января 1969 года произошло беспрецедентное для Советского Союза ЧП: возле стен Кремля вооружённый террорист беспрепятственно расстрелял кортеж генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Брежнева, убив одного и ранив четырёх человек. Но стрелявший не был приговорён к смертной казни: он жив до сих пор и сейчас на свободе. В публикации мы частично использовали материалы встречи Евгения Левковича, корреспондент Russia Beyond The Headlines, с Виктором Ильиным покушавшимся на главу СССР. Фотографию Ильина, проживающего сейчас в Санкт-Петербурге вы видите на заглавном фото.

Леонид Ильич Брежнев  — советский государственный и партийный деятель, занимавший высшие руководящие должности в СССР в течение 18 лет: с 1964 года и до своей смерти в 1982 году.

В худом приветливом старичке, выгуливающем дворнягу по кличке Хазар, которую он приютил, спасая от тридцатиградусного мороза, невозможно заподозрить бывшего террориста. «Если человек в 70 лет смотрит на мир так же, как в 20, то он жил зря», — говорит Виктор Ильин. В этом году ему как раз исполняется 70, а когда он стрелял в Брежнева, ему был 21 год.

«Вернись я в 1969 год, я бы никого не убивал. Спасибо Богу, что у меня есть возможность сказать это сейчас. Ведь когда я стрелял по кортежу, на будущее я не рассчитывал. Это был самоубийственный поступок. Но, по счастью, мне дали две жизни».

Вместо расстрела — пенсия

За преступление, из-за которого Ильину грозила смертная казнь (ему вменяли четыре тяжкие статьи — «Терроризм», «Убийство», «Хищение оружия» и «Дезертирство»), его так и не осудили, признав невменяемым и отправив на принудительное лечение в психиатрическую больницу. Хотя все, кто его допрашивал, включая главу КГБ и будущего лидера СССР Юрия Андропова, говорили сначала о том, что действовал Ильин осознанно, из идейных соображений.

На фото Виктор Иванович Ильин (род. 26 декабря 1947, Ленинград, СССР), совершивший 22 января 1969 года покушение на Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева.

«Признать, что советский гражданин, в добром уме и здравии, стрелял в Брежнева, означало бы для советского государства признать, что в стране зреет недовольство коммунистическим строем. Это было невозможно, — объясняет Виктор. — Поэтому решили показать, что на главу СССР может покушаться только сумасшедший».

Тогда никто не мог предположить, что через 20 лет Союз распадётся, а новый верховный суд выпустит террориста на свободу, сделав его чуть ли не героем сопротивления. За счёт государства Ильину даже выделят однокомнатную квартиру на окраине Ленинграда, в котором он родился и вырос, и назначат пенсию.

20 лет под таблетками

Понять, был ли Ильин на самом деле здоров на момент покушения, сегодня уже трудно. Годы, проведённые в психиатрической лечебнице, дали о себе знать: в разговоре Ильин перескакивает с темы на тему, то рассказывая об обстоятельствах преступления, то начиная цитировать свои стихи, то хвастаясь тем, что делает в своей квартире ремонт, хотя ничего, кроме горы бумаг и мусора, в жилище нет.

Впрочем, сам Ильин утверждает, что сильнодействующие лекарства в больнице ему не давали. «Я был наслышан о «карательной психиатрии», боялся, что меня будут колоть галоперидолом и превратят в растение. Тем более что меня поместили в лечебницу далеко от Москвы — в Казани. Случись что со мной там — никто и не узнал бы об этом. Но в итоге ко мне отнеслись по-человечески. Давали только таблетки какие-то».

Письмо в Кремль

Причина, по которой Ильин решился стрелять в Брежнева, кроется, скорее всего, в его детстве. Виктору не было и двух лет, когда его отобрали у родителей — хронических алкоголиков. Вырос он в приёмной семье. В школе почти ни с кем не общался и, по собственному признанию, страдал от нехватки внимания.

«В старших классах я мечтал стать геологом, — рассказывает Ильин. — Тогда в Советском Союзе эта профессия считалась самой романтичной — походы, новые знакомства, неизведанные земли, песни у костра. Я поступил в топографический техникум, объездил много далёких от Ленинграда городов и областей. Но то, что я увидел, произвело на меня удручающее впечатление. Нищета, пьянство, разруха — совсем не то, что показывали по советскому телевидению. Я понял, что вся страна живёт так, а коммунисты нагло врут. Поначалу я не планировал совершать теракт против руководства страны. Я написал план реформ, включавший в себя ежемесячную выплату каждому жителю ренты от продажи природных ресурсов, и отправил его в Кремль, на имя Брежнева. Но ответа не получил. Тогда я и решил его убить. Я хотел, чтобы о моих идеях узнали все, а для этого нужен был громкий поступок. О плане реформ я планировал рассказать в суде, во время последнего слова».

Покушение

В 1968 году окончил Ленинградский топографический техникум, сразу после чего был призван на военную службу в рядах Советской армии в звании младшего лейтенанта (в техникуме была военная кафедра). Служил в 61-м геодезическом отряде Ленинградского военного округа в городе Ломоносове, куда ездил на службу, продолжая проживать в квартире в Ленинграде с приёмной матерью и бабушкой.

В ночь на 21 января 1969 года младший лейтенант Виктор Ильин заступил на дежурство помощником дежурного секретной воинской части города Ломоносова. В 7 часов 20 минут утра его начальник отлучился на завтрак, вследствие чего ключи от оружейной комнаты попали в распоряжение Ильина. В 7 часов 45 минут Ильин, украв два пистолета Макарова и четыре магазина к ним, самовольно покинул воинскую часть, отправившись в Ленинград, откуда в 10 часов 40 минут вылетел в Москву по заранее приобретённому авиабилету, благополучно пронеся на борт самолёта огнестрельное оружие. По приезде остановился у дяди, бывшего сотрудника милиции. Свой приезд объяснил желанием посмотреть встречу советских космонавтов, членов экипажей кораблей «Союз-4» и «Союз-5», которая должна была состояться на следующий день (во встрече должен был принять участие Леонид Ильич Брежнев).

Утром 22 января покинул квартиру дяди, украв у него милицейский плащ (шинель) с погонами сержанта и фуражку, и направился в Кремль, куда был беспрепятственно пропущен охраной благодаря форме. Встал в милицейское оцепление у Боровицких ворот (перед зданием Оружейной палаты). По случайности, он оказался между двух взводов оцепления, поэтому присутствие незнакомого коллеги не вызвало подозрений у милиционеров. Около 14:15 в ворота въехал правительственный кортеж; Ильин пропустил первую машину (обычно машина Брежнева следовала в кортежах второй). Увидев приближение второго автомобиля (марки «ЗИЛ-111Г»), он сделал шаг вперёд и открыл огонь по его лобовому стеклу из обоих пистолетов, которые прятал в рукавах шинели. При этом всего за шесть секунд успел выпустить 11 пуль и ещё 5 были обнаружены в магазинах после задержания.

Однако в машине находился не Брежнев, а участники встречи, космонавты Алексей Леонов, Андриян Николаев, Валентина Терешкова и Георгий Береговой (последний, сидевший впереди рядом с шофёром, был слегка похож на Брежнева, что дополнительно ввело Ильина в заблуждение). Выстрелами был смертельно ранен шофёр Илья Жарков. Береговой сумел перехватить управление и остановить автомобиль. Космонавты успели пригнуться, Береговой был ранен осколками стекла, а Николаеву пуля оцарапала спину. Был ранен также мотоциклист эскорта В. А. Зацепилов. Он направил свой мотоцикл на Ильина и закрыл ему сектор обстрела, по другим источникам мотоциклист его сбил. После этого Ильин был задержан сотрудниками КГБ. Пробитая пулей куртка Зацепилова сейчас висит в одной из центральных витрин в Зале славы и истории ФСО России.

И еще раз о мотивах покушения

Теоретическим обоснованием действий Ильина можно считать текст предложений к изменению Конституции, направленный им из заключения в Верховный Совет СССР в 1977 г. (в ходе обсуждения проекта «брежневской» конституции):

Каждый член общества имеет право на террористический акт в случае, если партия и правительство ведут политику, не соответствующую Конституции.

Данные, собранные в ходе следствия, позволяют предполагать в его действиях невероятное переплетение политических и личных мотивов. Он был критически настроен к существовавшей в СССР системе партийной власти, утверждал в частности, что комсомол себя изжил, осуждал вторжение в Чехословакию, в положительном тоне отзывался о военных переворотах в странах третьего мира. С другой стороны, известно, что он восхищался Освальдом.

Незадолго перед покушением он узнал тайну своего рождения, что стало для него шоком (по другому утверждению, узнал об этом в десятилетнем возрасте, после чего стал нелюдим); кроме того, он поссорился с любимой девушкой, которой при расставании говорил: «Ты обо мне ещё услышишь!» В то же время отмечались его непрофессионализм как топографа и низкие служебные качества как офицера.

Философ Александр Зиновьев увязывает покушение с господствовавшими в советском обществе настроениями, вызванными:

…нарушением принципа соответствия интеллектуального уровня руководства обществом и интеллектуального уровня руководимого им населения. Последний вырос колоссально, а первый остался почти тем же, что и в сталинские годы. В лице Брежнева советские люди видели на вершине власти маразматика с непомерно раздутым тщеславием. Многие чувствовали себя оскорблёнными тем, что вынуждены подчиняться такому глупому и аморальному руководству. Именно это чувство толкнуло лейтенанта Ильина на покушение на Брежнева — на символ развитого социализма.

Н. А. Зенькович, автор книги «Покушения и инсценировки. От Ленина до Ельцина», указывает, что в период перестройки на волне антибрежневской разоблачительной кампании Ильина пытались представить как мученика, жертву режима, тем более, что заседание Военной коллегии Верховного Суда СССР было организовано как выездное (единственный случай) в больнице № 3 имени Скворцова-Степанова.

Версия провокации

Уже 21 января командование части сообщило об исчезновении офицера с двумя заряженными пистолетами, причём было известно, что он вылетел в Москву (нашли запись в тетради: «Узнать, когда рейс на Москву… Если летят, брать… идти на дежурство… всё уничтожить»). На следующее утро дядя Ильина сообщил о том, что его племянник собирается проникнуть в Кремль и похитил у него милицейскую форму. Однако несмотря ни на эти сведения, ни на осенне-весеннюю форму одежды, ни на специфическую, легко узнаваемую внешность (Ильин был смугл и походил на цыгана, отчего с детства носил прозвище «Копчёный»), Ильин не был задержан. Существует версия, что бездействие советских спецслужб было обусловлено интригами внутри КГБ, а именно противостоянием между председателем КГБ Юрием Андроповым и его первым заместителем Семёном Цвигуном, заинтересованным в смещении Андропова. С другой стороны, Брежнев оказался вне опасности: его пересадили в закрытый лимузин, который въехал в Кремль отдельно от кортежа, через Спасские ворота (по другим сведениям, лимузин Брежнева въехал в Кремль в составе кортежа, но в его хвосте).

После ареста

Ильину были предъявлены обвинения по пяти статьям уголовного кодекса РСФСР: организация и распространение клеветнических измышлений, порочащих советский строй; попытка теракта; убийство; хищение оружия; дезертирство с места службы. Официально было объявлено, что «провокатор» покушался на космонавтов. Он сразу же произвёл на следователей впечатление человека, страдающего психическим заболеванием. Ильин был признан невменяемым и в мае 1970 года помещён в Казанскую специализированную психиатрическую больницу, где содержался в полной изоляции в одиночной палате площадью 4,2 м².

В 1988 году, благодаря стараниям матери, был переведён в Ленинград, в городскую психиатрическую больницу № 3 имени И. И. Скворцова-Степанова.

В 1990 году был освобождён решением Военной коллегии Верховного Суда СССР. Получил однокомнатную квартиру в Ленинграде, где проживает, получает пенсию по инвалидности. Поскольку он до того не был формально уволен из армии, то его адвокат сумел добиться для него решения суда о выплате денежного довольствия за 20 лет в качестве оплаты больничного листа.

Из разговора Евгения Левковича с Виктором Ильиным

Рассказывает Левкович. Я спрашиваю у Ильина о его сегодняшних политических взглядах, но он уходит от ответа, говоря о том, что должен теперь служить богу, так как убил ни в чём не повинного человека. Как вспоминает бывший подполковник КГБ Игорь Атаманенко, допрашивавший Ильина в 1969-м, «когда на первом допросе убийца узнал, что стрелял не в Брежнева, а в космонавтов, с ним случилась истерика».

«Я живу теперь другой жизнью, — говорит Ильин. — Как только Хазар умрёт, я отдам квартиру государству, а сам буду жить в доме престарелых». Родных у него не осталось, единственная соседка, с которой он дружил, умерла год назад. «Вам нужна какая-нибудь помощь?» — спрашиваю я. «Давно хочу опубликовать свои стихи, но никто не берёт. Поможете?» Но в итоге стихов мне не даёт. «Всё-таки нехорошо сейчас, давайте лучше летом, после дня Святой Троицы. Мне надо к нему подготовиться».