Gentlemen's club

Юрий Алексеев: “Стиляги Довлатовы. Я с ними жил в разных странах”

Посмотрел очередной киноопус про «клятый совок». Про то, как мучились таланты в СССР. Фильм «Довлатов». Кстати, очень хорошо снят, действительно талантливо.

И по атрибутам — похоже. Я ведь тоже тогда жил, при том «совке». Я его прекрасно помню. Коммуналки, квартирные концерты, танцульки под «битлов» с катушечного магнитофона, бардовские спевки, самиздат из-под полы, километровые очереди за билетами на Таганку, джинсы ценою в месячную зарплату…

Юрий Георгиевич Алексеев (1958) – главный редактор газеты «Бизнес & Балтия» с 2006 по 2010 год, с 2011 года руководитель интернет-портала IMHO.

Но… Как бы вам объяснить…

Наиболее показательный в данном смысле современный фильм про «ту эпоху» — «Стиляги». Кто не смотрел, расскажу кратенько, о чём он. Там по сюжету действие происходит в годах «шестидесятников» — эпоха узких брючек, пёстрых пиджаков, кислотных галстуков и танцевального джаза.

Весь фильм один молодой человек «борется с Системой» — покупает у заморских спекулянтов западный прикид, начёсывает себе чубчик типа Элвис, танцует под джаз с модными девчонками и становится — вау! — Cтилягой!

За это Система его сурово гнобит — воспитывает по комсомольской линии, родители его ругают, к нему на улицах пристают дружинники, короче, мучается человек в проклятом «совке» по самое не могу. Он — «неформал»! И так полтора часа фильма…

Концовка — ярко оптимистическая. Действие перескакивает как бы в наши дни: по широкой улице, пританцовывая, идут весёлые молодые неформалы — стиляги, хиппи, панки, рокеры, танцоры диско, металлисты, ласковомайщики, хипстеры… Все эпохи неформальства СССР/бывшего СССР — в одном флаконе. Практически — гей-парад, только без выраженного акцента на сексуальную ориентацию.

Это, как я понимаю, финал-апофеоз «Свободы», к которой мОлодежь и пОдростки СССР шли полвека и наконец дошли. Вот оно — счастье!

Эпоха «русского рока»

Эпоху стиляг я не очень помню, мал был, но вот эпоху хиппи я уже застал. Сам в юности носил «хаир» до плеч, брюки-клёш и целовался с девчонками под «Пинк Флойд». Даже травку пару раз покурил (не понравилось, кстати).

Бывал я неоднократно и на питерских квартирниках, слушал, сидя на полу со стаканом портвейна в руке, юного БГ, юного Шевчука, юного Цоя, юного Башлачёва (царство последним двум небесное). Бывал я и на писательско-поэтических вечерах в клубах, раскачивался у костра под бардовский «изгиб гитары желтой»…

Свидетельствую: всё было не так, как показывают в современных фильмах «про совок». Никто никого не гнобил. Рокеры пели свои песни по квартирам и подвалам, поэты читали свои вирши по клубам, хиппи носили свои полуметровые волосы везде, кроме как два года в Советской армии (чтобы на гусеницу танка не намотало)… Не было никакой борьбы с Системой. Потому что Система с ними не боролась. Взирала с ленивой усмешкой — пусть порезвятся детки. И всё.

Скажете сейчас: а-а-а! Рокерам тогда не давали эфира на ТВ-радио, не пускали на стадионы для выступлений, а поэтов не печатали в тиражных журналах! Да. Так их и сейчас не печатают (мой громкий смех). И рокеры сейчас собирают на свои концерты совсем немного народу — как раз на клубный подвальчик, не более. И современное ТВ-радио их не жалует. А свобода-то — есть. Куда ещё свободнее? Что изменилось? Ничего!

Заметьте, когда в 1990-х вдруг стало «всё разрешено», аудитория у неформалов практически не увеличились. Типографии вместо их «гениальных стихов» принялись печатать миллионными тиражами эротическую газету «Ещё», а стадионы — собирать разные «поющие трусы». Что, в общем-то, и требовалось доказать…

О «мучениях талантливых людей при совке»

Главный вопрос тут таков: а был ли вообще талант у тех «талантов» эпох стиляг-хиппи-рокеров? Много ли вы сможете назвать имён писателей-поэтов-рок-бардов 60-70-80-десятников, которые войдут в вечность? Как, скажем, Чехов или Достоевский?

Классик (уже вошедший в вечность) устами своего персонажа Коровьева сказал: «…чтобы убедиться в том, что Достоевский — писатель, неужели же нужно спрашивать у него удостоверение? Да возьмите вы любых пять страниц из любого его романа, и без всякого удостоверения вы убедитесь, что имеете дело с писателем. Да я полагаю, что у него и удостоверения никакого не было!»

Вот я открываю любые пять страниц из Довлатова или, скажем, Аксёнова (святые имена для стиляг). Читаю… Содержание: гуляем, пьём, трахаемся, гуляем, пьём, трахаемся. В промежутках — боремся с Системой (понарошку).

Да, написано прикольно, слог беглый, имеются элементы юмора. И что? И — всё! Мемуары о пережитых в юности тусовках и пьянках. Да я тоже так смогу. И слог у меня неплохой, и в разных тусовках-пьянках я тоже поучаствовал неслабо. Но это же не повод, чтобы писать книгу — потомкам, навека?

Для книги нужна Идея. А Идеи у них нет. Это Чехов с Достоевским для своей литературы сначала вынашивали Идею, мучились гуманистическими изысканиями, писали своей кровью. А вся идея писателей-стиляг — неформальство. И только.

Но быть не таким, как все, — ещё не значит быть талантом.

Сейчас главная мировая идея: будь не таким, как все. По улицам ходят миллионы фриков-стиляг, модные дизайнеры уже голову сломали — придумывать «не такое, как у всех». Вместо штанов они уже надевают рубашки и наоборот. И что? Человечество обогатилось высочайшими достижениями культуры, науки, гуманизма? Нет, оно обогатилось гей-культурой и тотальным незнанием таблицы умножения.

ОН был не такой, как все

Товарищ Довлатов при всей своей неформальности много лет носил в кармане ксиву корреспондента партийной газеты и ксиву члена Союза журналистов СССР. У него удостоверений был целый набор! В отличие от писателя Достоевского…

А знаете, что это значило во времена СССР? Расскажу: с такими корочками можно было открывать любые двери любой ногой. И зарплатка была у него минимум вдвое больше моей при гораздо меньшей загруженности. И корпоративный паёк, и приближенность к власти.

Он жутко страдал при СССР? Да ни хрена! Он как сыр в масле катался. Такие люди имели все возможные тогда радости жизни. Он был — просто избалованный советской властью советский полубогемный юноша-плейбой. И непризнанный гений — по совместительсту.

В 1978-м (как ему это удалось при кровавом рЫжЫме?) он эмигрировал в США, где сильно потерял в статусности. В СССР-то он был — ого-го! А там он стал редактором жалкой русской эмигранской газетки. И ему погрустнело. Его талантище на Западе никто не оценил. Даже местные девки.

Знаете, как выглядят русские эмигрантские газетки в любой стране мира? В них 90% контента — рекламные статейки-зазывалки для таких же убогих эмигрантов про прачечные-херачечные и окрестные забегаловки, где «с вами будут говорить на русском». По 10 долларов за статейку. И Довлатов публиковал рекламные статейки по 10 баксов за штуку, попутно творя «нетленку» про то, как ему плохо жилось в СССР.

Обычное дело: сейчас у нас в «ближней эмиграции», в Эстонии (где как раз несколько лет при СССР маялся Довлатов), мается великий музыкальный рок-критик 70-80-90-х — Артемий Троицкий (та же самая неформальная рок-тусовка, помню его ещё по квартирникам 1980-х). Тоже — «не такой, как все», тоже — борец с рЫжЫмом. Теперь уже — с путинским (сколько рЫжЫмов пережил борец!). Но в Эстонии нет рока, там некого критиковать. Сидит, бедняга, критикует Путина, но в последнее время его уже, похоже, не печатают.

Может, он вдруг прозу типа довлатовской замутит? Про то, как жутко страдал в СССР в 1970-е? Книжку тиражом в 200 экземпляров издаст за свои деньги? Жду. Предвкушаю. Даже куплю, если не дороже двух евро (120 рублей) будет.

А я был — такой, как все

При случившейся весёлой юности (хиппи-рокеры) я не погрузился в неформал-тусовку полностью. Я иногда в неё из любопытства нырял, но неглубоко и ненадолго. Я был в те времена занят делом. Сначала (во времена хиппи) я учился в физмат-школе, потом (во времена рокеров) я учился в Политехе на радиоинженера, потом (во времена позднего Брежнева и горбачевского разнообразия неформалов) я работал в КБ инженером-конструктором. Ездил в стройотряды, лазил по горам… Попутно ещё получил (бесплатно) второе высшее гуманитарное образование, чисто из интереса, из любопытства.

И у меня про эти жуткие годы «тоталитаризма», про которые сейчас снимаются антисоветские фильмы — совсем иное впечатление. Я до сих пор помню, как в понедельник утром я скакал в своё КБ на работу. Скакал с нетерпением, но осторожно, стараясь не трясти головой, поскольку нёс в ней пару-тройку светлых идей (не дай бог расплескать!), как улучшить то, что я накануне придумал в своей электронике.

Мне тогда было дико интересно жить. Гораздо интереснее, чем всем этим мучившимся от рЫжЫма неформалам-стилягам. Я жил в кайф! И ни разу не захотел эмигрировать. Хотя мог вполне: у меня, как у полулатыша, родичей на Западе было много. И даже звали…

Да, мне тоже нравились американские джинсы, да, я их носил на танцульки, подкопивши деньжат со своей невеликой инженерской зарплаты. Но ставить штаны впереди интереса к своей интереснейшей учёбе, работе и жизни — даже мысли не возникало.

Быть стилягой я не хотел никогда. Тусоваться среди непризнанных литературных гениев, кривоголосых музыкантов, ресторанных официантов и джинсовых барыг — фу! Вокруг меня кипела интереснейшая жизнь. Я попал в окружение блестящих специалистов — Инженеров-Конструкторов с большой буквы. В окружение работяг с Золотыми Руками, которые, дымя «беломориной», на своём станке «подковывали блоху». Они мне были интереснее в сто раз.

Вокруг меня бурлило, конструировалось, строилось. Я был частью СССР, я в нём участвовал полностью, хотя по вечерам слушал «Дип Пёрпл» и иногда — молодого БГ на квартирниках. И этой же жизнью тогда жили 99,9% СССР.

А 0,1% — да, эти были — стиляги. Им до смерти хотелось на Запад, им хотелось джинсов, жвачки, гамбургеров из «Макдональдса»… Они на них дрочили со всей своей неформальной силой.

И только не говорите мне, что «их выгнали». Из СССР никого не выгоняли. Чтобы эмигрировать из СССР, надо было очень сильно потрудиться. И не всех ещё выпускали.

А жаль, это была — ошибка. Я бы на месте руководства СССР тогда объявил месячник под названием «съё…ывайте по-быстрому, все стиляги-рокеры-хипстеры-непризнанные-гении-поэзии-литературы». Чтобы духу вашего тут не было. А потом закрыл бы границу тройным железным занавесом на въезд обратно. Пулемёты бы поставил через каждые 100 метров…

* * *

Недавно, в очередной раз переезжая с одной квартиры на другую, я решил облегчить свою библиотеку. Оставил будущему квартиросъёмщику полцентнера своих довлатовых-аксёновых-бродских-веллеров… все книжки стиляг-неформалов, что накопились со времен перестройки. И пудовый мешок кассет с записями русских рокеров 80-х ему оставил. Будет интересно — почитает-послушает. Нет — пусть выкинет на помойку. Забрал с собой только Чехова, Толстого, Достоевского, Шолохова, Симонова…

Эти книги — настоящие, их я детям передам. Уже половину передал.

П.с. о покойных — почти ничего, о живых — плохо

Довлатов умер очень рано, в 1990 году, в возрасте 48 лет. Беда: последние 20 лет своей жизни Довлатов пил запойно, дико, особенно в эмиграции. Пропил организм. Они все тогда крепко пили, эти непризнанные гении 80-х. И не только пили. Знаю, видел. Иные из них в те же годы выпрыгнули из окна, решив, что они — птички. Тоже знаю эту тему. Земля им пухом.

Довлатов был очень неглупым человеком. Возможно, дожив до конца 90-х, он, как Лимонов (тоже изрядный стиляга), повзрослел бы и поумнел. И вернулся бы на родину. А возможно, и нет. Потому что масса стиляг, которые дожили до нынешних лет, нисколько не поумнели. Они до сих пор блеют в микрофон уже весьма старческими голосами что-то в стиле «мы хотим перемен». Каких перемен они хотят — не знают. Но хотят!

У них при «совке» была очень скучная жизнь, я за нею наблюдал. Тусовки, пьянки, водка, девочки-припевочки. Про это они и писали свои книги-песни. Такие же скучные и бессодержательные, как их жизнь, ни о чём. У них, кроме тусовок и пьянок, в той жизни ничего не было. О чём писать? Сейчас их жизнь ещё скучнее. Всё то же самое, но только без водки и девочек (здоровье не то). Они и тогда ныли, и сейчас ноют — ка-а-ак ску-у-учно жить…

А у меня при «тоталитарном совке» жизнь была весёлая и жутко интересная. Я не торчал годами на прокуренных кухнях, хоть иногда для прикола и заглядывал на огонёк. У меня было интереснейшее ДЕЛО, которым я занимался. Я жил в интереснейшей стране, я её объездил вдоль и поперёк, мне не хватило времени и сил объять даже 1% её. И я с неё тащился, говоря языком тех лет.

Мы с ними жили в разных странах. И в чём между нами разница: я их микроскопическую страну заметил, а они мою — великую — нет.

И сейчас не замечают.

Автор Юрий Георгиевич Алексеев. Публикуется с личного разрешения автора.