Работа телохранителя

Дмитрий Фонарев: Захотят убить — убьют, но захотите защититься — защититесь

В России, по разным официальным данным, около миллиона охранников, но только один процент из них — профессиональных телохранители, обеспечивающие личную безопасность самых разных лиц. В интервью нашему сайту глава Национальной ассоциации телохранителей (НАСТ) России  (партнер общественного движения «За безопасность») Дмитрий Фонарев рассказал, почему до сих пор в России нет официальной профессии «телохранитель», для чего нужна личная охрана и во сколько она может обойтись.

Дмитрий Николаевич, как так вышло, что в нашей стране телохранители есть, а профессии такой нет?

Профессия именно телохранителя на самом деле появилась в 1989 году, когда вышел закон СССР «О кооперации». После появления закона «О частной охранной и детективной деятельности» в мае 1992 года, даже без упоминания термина в тексте, три года выдавались дипломы негосударственных учебных учреждений с гордым названием «телохранитель», «водитель-телохранитель» и «секретарь-телохранитель». Проблем с приобретением огнестрельного оружия (тогда еще мощный ПМ) у телохранителей не было. Но оружие продавалось, терялось, стреляло, и тогда эта вольница была прикрыта Управлением по организации лицензионно-разрешительной работы МВД. Термин «телохранитель» был выведен из рыночного оборота.

Спрос оставался, профессия развивалась, телохранители и потребители этой услуги приспосабливались к существующему правовому полю, что получалось довольно удачно. В итоге мы получили профильный профессиональный рынок с огнестрельным оружием, которого в Европе нет. За двадцать пять лет существования рынок, опираясь на лучшие профессиональные традиции русской школы охраны, обрел опыт, которого не имеет ни одна страна мире. Поэтому, профессия есть, но правовое поле для нее пока отсутствует, над чем в настоящее время мы вместе с коллегами-единомышленниками и работаем.

После введения необходимых стандартов все ли профессиональные охранники станут телохранителями?

Нет. Подводные камни находятся в тексте закона, который в настоящее время еще сверстан в нескольких вариантах. Основной текст появится в результате работы экспертной группы при комитете Госдумы по безопасности и борьбе с коррупцией, куда меня включили именно для работы над статьями, которые предусматривают появление этого термина.  Все зависит от того, какие правовые рамки обретет эта профессия и насколько они будут востребованы не обществом потребителей, а именно практикующими в настоящее время специалистами. То есть насколько современному охраннику 6-го разряда (что позволяет лицензиату работать с оружием) нужно будет заплатить за дополнительное обучение, а потом за процедуру независимой оценки квалификации. Ну и конечно, если кто-то решится, то сможет ли он пройти квалификацию, как этого требует федеральный закон №238. От всех перечисленных факторов будет зависеть количество реально профессиональных российских телохранителей, которые будут числиться в федеральном реестре.

Насколько сегодня востребована личная охрана?

В должной мере. Спрос на высококлассных специалистов есть всегда. Как постоянный, так и эпизодический. Сказать откровенно, аналитики ИАЦ НАСТ России прогнозируют дальнейшее развитие противоречий в обществе отчего, к сожалению, личная охрана будет востребована еще в большей степени.

В народе говорят, что если человека «заказали», то никакая охрана не поможет.

Захотят убить — убьют, но захотите защититься — защититесь.

Многие нанимают охрану для «картинки», а что на самом деле должно заставить человека задуматься об охране?

Во-первых, не охрана, а обеспечение личной безопасности, что в великом русском языке не идентично обеспечению безопасности личности, о чем мы с нашими коллегами постоянно утверждаем. Охраняют заключенных, а бизнесменов и прочих VIP обеспечивают услугой. И это не спорт. Это профессиональная работа, и чем выше уровень ее исполнения, тем менее она заметна для обывателя. В настоящее время телохранитель — это все-таки скорее часть организации личного пространства. Есть и достаточно много иных причин у людей, способных платить за подобную услугу. Например, партнеры договариваются о совместном бизнесе, но при этом ставят друг-другу условие, что каждый будет охраняемым, чтобы иметь гарантии на будущее. Примерно то же самое в крупных корпорациях, где руководящий состав охраняется вне зависимости от персональных пожеланий. Имиджевая составляющая личной охраны ушла в прошлое с концом девяностых. Нынешний телохранитель — это некий «универсальный солдат». Он должен знать и уметь многое.

Типичный российский телохранитель — он какой?

Надежный. Во всех смыслах это емкого русского слова.

Личная безопасность — дорогая услуга?

Вопрос потребности. Ответ — сколько не жалко. Рекомендация — сколько нужно. По сути, система рассчитывается исходя из складывающегося баланса потенциальных и реальных угроз. Это вопрос для специалистов и для каждого конкретного случая. В Москве — самый «жирный» региона страны — телохранитель для обычной «звезды» шоу-бизнеса обойдется в сто тысяч рублей; корпорации — от десятка до сотен миллионов рублей в год; государству — от миллиона долларов в день. Если говорить более детально, в Петербурге средняя зарплата телохранителя (за 220 рабочих часов) составляет примерно 75 тысяч рублей. Для сравнения: в Красноярске «личник» попросит 60 тысяч рублей, в Екатеринбурге — 50 тысяч, а в Калининграде — 45 тысяч рублей.

В СССР охраной первых лиц занималось 9-е Управление КГБ, теперь — отдельное министерство — ФСО? Стало больше угроз?

Угрозы не зависят от того, кто кого охраняет. Со времен СССР в нашей стране изменилось очень многое. В безопасности нет понятий «хорошо» или «плохо», существует только одна категория «как есть на самом деле». Так вот угроз сегодня больше, их спектр шире, а технологические атакующие технологии гораздо выше. Вывод, я думаю, очевиден.

Мэр Лондона еще недавно ездил на работу на велосипеде и в одиночестве, а мэр Москвы передвигается на автомобиле и в сопровождении троих (если не больше) сотрудников ФСО. Почему?

В каждой стране вопросы безопасность решаются исходя из исторического опыта. Это хороший пример того, чем отличается русская школа обеспечения личной безопасности в данном случае от европейской. Там еще французский президент, что у нас называется «по девкам» на мотороллере катался. И в спальню к английской королеве народ пробирался. Нам приходится мониторить мировые рынки на предмет происходящего у коллег. Мы очень даже в курсе того, как европейские спецслужбы забывают оружие и как себя ведут в сложных ситуациях.  А что касается тех, кто выделяет деньги спецслужбам и позволяет самому себе нарушать базовые правила личной безопасности, по моему стойкому мнению (за сорок лет мне пришлось поработать со многими топовыми мировыми политиками и не только во времена СССР), далеко не политики, а плюшевые игрушки, которые не адекватны реальности. Посмотрите, что происходит у них в Европе. А московского мэра охраняет не ФСО, насколько мне известно, а иное подразделение. Может, поэтому они так заметны.

Один телохранитель, два, пять или десять — количество имеет значение?

Имеет значение качество специалиста. А количество зависит от задач и его рациональное значение основано на анализе угроз и рисков. Это основное отличие в ментальности русской школы личной охраны и западных профильных концепций. Мы берем умением, они — числом и ресурсами (деньгами).

Я знаю минимум два голливудских фильма про телохранителей, включая самый главный с Кевином Костнером и Уитни Хьюстон. Почему в России не снимают ничего подобного?

Снимают. Очень печальные никому не нужные «боевики». Дело в том, что голливудчане платят деньги консультантам из Секретной Службы, а наши доморощенные спилберги полагаются на свое представление или за титры просят таких же костнеров рассказать, как это должно выглядеть, чтобы было хоть на что-то похоже. Образ телохранителей в российском кинематографе отражает уровень российского кинематографа, но никак не русских телохранителей. Кстати, хороший фильм на эту тему «Телохранитель Тесс» с Николасом Кейджем.

Источник