История и традиции

Старинов Илья Григорьевич. Отец советского спецназа

“С людьми отряда Старинова познакомился также Эрнест Хемингуэй, который был в Испании фронтовым корреспондентом. С бойцами отряда он принял участие в нескольких рейдах по тылам противника. На основе собранных материалов Хемингуэй написал свой знаменитый роман “По ком звонит колокол” (1940), где правдиво, хоть и с небольшим налетом патетики, описал действия диверсионной группы в тылу противника..” (с) Подушков Д.

24 октября 1950 года считается днем образования войск специального назначения — спецназа Главного разведывательного управления Генерального штаба (ГРУ ГШ). Сначала это были отдельные роты, позже — батальоны, а с конца 1962 года в военных округах стали формироваться бригады специального назначения.
Впрочем, если быть точным, то первая регулярная часть армейского спецназа — отдельная инженерная бригада специального назначения — была сформирована весной 1942 года на Калининском фронте, в полосе действий 30-й армии. Именно это воинское формирование стало прообразом разведывательно-диверсионных частей спецназа ГРУ ГШ. У его истоков стоял Илья Григорьевич Старинов.

Старинов, которого вполне заслуженно еще при жизни называли “легендой русского спецназа”, сыграл решающую роль в создании специальных диверсионных частей, разработал основы их тактики, создал специальные виды вооружения и техники для их эффективной деятельности. Об этом “Братишка” писал, и не раз. В преддверии второй годовщины смерти этого незаурядного человека, диверсанта № 1 позволим себе еще раз коротко напомнить читателям журнала биографию Старинова, особенно того периода, когда Илья Григорьевич трудился над воплощением своей мечты — созданием армейского спецназа.

Герой Хемингуэя 

В 1936 году Старинов по направлению руководства ГРУ уехал в Испанию советником и инструктором разведгруппы Доминго Унгри. Предстояло на практике отработать методы ведения диверсионной войны. Идея Старинова была проста, как все гениальное. Основное напряжение во время войны, конечно, происходит на линии соприкосновения противоборствующих сторон. Но длительность этого напряжения зависит, помимо морального фактора, от своевременного обеспечения воюющих частей всем необходимым. Действовать в прифронтовой полосе диверсионным группам трудно: высокая плотность боеспособных частей, круглосуточное боевое охранение. Другое дело — растянутые коммуникации противника. Организовать их эффективную охрану невозможно в принципе. К тому же службу в тыловых частях несет менее боеспособный личный состав. Хорошо организованная и координируемая из центра диверсионная деятельность может в значительной степени парализовать транспортную сеть противника и отвлечь на ее охрану боеспособные части с фронта.

В декабре 1936 года Старинов вместе с подготовленной им диверсионной группой впервые вышел на боевое задание. В ходе операции между городами Теруель и Калатаюд были разрушены автомобильный и железнодорожный мосты, выведена из строя линия связи.

После каждого выхода Старинов тщательно анализировал причины успехов и неудач. Постоянно совершенствовал мины. Из купленных на личное жалованье нескольких карманных часов Илья Григорьевич изготовил мины замедленного действия. Под Хаеном в ряды отряда подрывников влились бойцы из состава интербригады. Старинов быстро нарастил численность отряда, и после соответствующей подготовки в тыл противника одновременно стало выходить по нескольку групп. Для отрыва от преследования противника группы стали впервые применять гранаты с замедленным действием (и сегодня разведгруппы, уходя с места засады или диверсии, минируют при необходимости пути отхода). В тылу противника Старинов стал создавать базы, на которых складировал запас взрывчатых веществ и мин. Группы уходили в тыл налегке, что позволяло бойцам сэкономить силы и выполнить несколько боевых задач за один выход.

Под Кордовой диверсионной группе, в которую входил Старинов, удалось пустить под откос крупный эшелон со штабом итальянской авиадивизии. Это событие вызвало большой резонанс. Взять интервью к минерам приехали Михаил Кольцов и Илья Эренбург. 23 марта в “Правде” появилась статья Эренбурга об этом событии. Старинов, по понятным причинам, остался в тени. О его участии в испанских событиях знали только посвященные. С людьми отряда Старинова познакомился также Эрнест Хемингуэй, который был в Испании фронтовым корреспондентом. С бойцами отряда он принял участие в нескольких рейдах по тылам противника. На основе собранных материалов Хемингуэй написал свой знаменитый роман “По ком звонит колокол” (1940), где правдиво, хоть и с небольшим налетом патетики, описал действия диверсионной группы в тылу противника.

Подготовленные Стариновым инструктора минно-подрывного дела и командиры диверсионных групп спустя пару месяцев уже сами выступали в роли организаторов диверсионной деятельности, что позволяло быстро наращивать количество групп, засылаемых в тыл противника. В результате к 1937 году был сформирован 14-й партизанский корпус, который насчитывал 5 тысяч человек. На отдельных участках железной дороги диверсантам удавалось полностью перекрывать движение поездов на несколько дней. Группы активно использовали также засадные действия на автомобильных дорогах: обстреливали автоколонны противника, захватывали одиночные автомобили, использовали их для передвижения в тылу противника и подрыва мостов.

В общей сложности Старинов провел в Испании одиннадцать месяцев. За это время им была создана эффективная система подготовки диверсантов. Обученные им группы произвели подрывы почти под сотней поездов, уничтожили несколько сот автомобилей, около 2000 солдат и офицеров противника, множество мостов и линий связи. Испанская война стала, таким образом, первой, где диверсионная деятельность велась в таком большом масштабе.

В ходе этой войны в полной мере проявился военный гений Старинова. Он разработал основу подготовки и управления диверсионными силами в боевых условиях, тактику и стратегию их применения, определил пути развития специальных мин и техники. Итоги своего пребывания в Испании Илья Григорьевич подвел так: “Успешное применение инженерных мин на коммуникациях франкистов стало возможным только потому, что за разработку этого грозного оружия мы у себя на родине энергично взялись еще в начале тридцатых годов. Выработанная советскими партизанами тактика и техника минирования оказалась выше тактики и техники противника по разминированию”. Таким образом, к 1937 году Красная Армия получила на вооружение самую современную диверсионную технику и тактику, которой еще не было в других армиях. Но бесценный опыт Старинова военным руководством страны был полностью проигнорирован, и в 1941 году Илье Григорьевичу придется начинать все сначала!

Из огня да в полымя

Пока Старинов воевал в Испании, были репрессированы многие военные кадры высшего и среднего звена. Большинство его сослуживцев и знакомых также оказались арестованными. Всю подготовку к ведению партизанской войны, которую Старинов и его единомышленники провели в 30-х годах, назвали “заговором с целью свержения Советского правительства”. После возвращения на Родину чувство честно выполненного воинского долга у Ильи Григорьевича сменилось отчаянием.

О своем участии в испанских событиях Старинов доложил лично народному комиссару обороны К.Е.Ворошилову. Ворошилов высоко оценил заслуги Старинова и рекомендовал его начальству повысить Илью Григорьевича в звании и в должности. Старинов был награжден орденами Ленина и Красного Знамени. Но вместо повышения по службе Старинова вызвали в НКВД и допросили о целях формирования тайных партизанских баз, о подготовке партизанских кадров в 30-х годах. Ища защиты от преследования, Старинов обратился к Ворошилову, и нарком обороны смог его защитить. Таким образом, Старинов оказался одним из немногих, кому удалось избежать ареста. А репрессированных по этому делу оказалось не менее 10 тысяч человек: было арестовано все руководство ГРУ, руководители разведки западных военных округов, почти все руководители партизанских отрядов, рядовые партизаны. Были ликвидированы укрепрайоны и партизанские базы.

Начало войны

С началом Великой Отечественной Старинова назначили командиром оперативно-инженерной группы, в задачи которой входило уничтожение транспортной инфраструктуры перед наступающим противником. В двух саперных батальонах, которые поступили в распоряжение Ильи Григорьевича, на трех бойцов приходилась одна винтовка, почти не было инженерного имущества. Тем не менее группа Старинова действовала очень успешно. Ей удалось разрушить десятки мостов. Так как немцы шли буквально по пятам отступающих советских войск, требовались мины замедленного действия (МЗД). Не ожидая поступления штатных МЗД, Старинов начал изготавливать их в полевых условиях. Установленные в куче щебня или накрытые булыжниками, МЗД превращались в камнеметы — своего рода мины направленного действия (МОН). Мины, установленные на неизвлекаемость, при попытке их разминирования взрывались. Уже после войны на принципе направленного взрыва создадут штатные мины: МОН-50, МОН-100 и другие, которые очень широко применяются сегодня во всех военных конфликтах.
В начале июля Старинов направил в тыл противника первую диверсионную группу, которая заминировала дорогу и успешно осуществила подрыв нескольких автомобилей.

Начальник первой партизанской школы

13 июля Старинов приказом наркома обороны был назначен начальником первой фронтовой партизанской школы Западного фронта. Прибыв в Рославль, где находилась школа, Старинов быстро убедился в том, что никто из людей, ответственных за подготовку партизан, не имел никакого понятия о тактике действий партизанских отрядов. Все приходилось начинать сначала, опыт 30-х годов был утрачен, кадры уничтожены!
Началась плановая подготовка партизанских кадров. Шестьдесят часов подготовки – и партизан отправляли в тыл противника. Школа постоянно двигалась на восток. Война приближалась к Москве. Подготовленных в школе инструкторов диверсионного дела передавали в другие школы.

В конце июля Старинова направили в Киев, где он когда-то служил и где был мощный центр по подготовке партизанских кадров. Ни одного бывшего инструктора найти не удалось! Подготовку партизан вели партийные чиновники, которые в этом ничего не понимали. Пять дней Старинов вел занятия в Киеве, позже провел короткие занятия в Чернигове, организовал школу в Орле. В сентябре в Орел для подготовки прибыли группы из Тулы и Курска. Старинов, таким образом, организует подготовку диверсионных кадров в масштабе нескольких фронтов, областей, трех союзных республик. Фактически он оказался единственным специалистом в Красной Армии, который знал диверсионное дело.

Во второй половине сентября Старинов получил задание осуществить минирование и уничтожение важнейших объектов промышленной и транспортной инфраструктуры Харькова. Приказ на проведение работ Старинов получил в Ставке Верховного Главнокомандования лично от начальника Генерального штаба Б.М.Шапошникова.

В Харькове отрядом Старинова были установлены сотни мин – подобный масштаб минирования в ходе войны был применен впервые. В одном из партийных особняков Илья Григорьевич установил радиомину большой мощности. Ночью 14 ноября с мощной радиостанции Воронежа был дан сигнал на ее подрыв. В заминированном особняке на воздух взлетели комендант Харькова генерал-лейтенант Георг фон Браун и офицеры штаба 68-й пехотной дивизии. Этот диверсионный акт вошел в анналы диверсионного искусства и специальные учебники.

Вместе со Стариновым в минировании объектов в Харькове принимали участие испанцы, которых он обучал диверсионному делу в Испании. Старинов добился, чтобы группу испанцев приняли в инженерные части. В дальнейшем он будет возить их с собой по всем фронтам.

Вопреки угрозам Мехлиса

28 ноября Старинов получил назначение на должность помощника начальника штаба инженерных войск Красной Армии. Он пишет письмо И.В. Сталину о необходимости массового производства специальных противотранспортных мин, об организации диверсионной деятельности в тылу противника. Старинова вызывают в Ставку. Вместо Сталина его принял представитель Ставки Л.З.Мехлис, доказать которому ничего не удалось. Более того, Мехлис пообещал расстрелять Старинова, если тот не прекратит беспокоить Сталина “ерундой”. Вместо плановой диверсионной работы в тылу Ставка приняла решение дать партизанам задание жечь леса и деревни (зимой!), т.е. лишить убежища партизан и крова над головой попавших в оккупацию русских людей.

Проигнорировав угрозы Мехлиса, Илья Григорьевич направляет Сталину очередное письмо, которое наконец возымело действие. В Госплане прошло специальное совещание, на которое был приглашен Старинов, и уже к весне новые мины начали в массовом порядке поступать в войска и в партизанские отряды.

Первая воинская часть специального назначения

Весной 1942 года Старинов впервые ставит вопрос перед вышестоящим начальством о создании специальных бригад для действий на коммуникациях противника, встречается с командующим воздушно-десантными войсками Глазуновым. После этой встречи в части ВДВ были направлены опытные инструктора для обучения десантников основам диверсионной тактики и минно-подрывного дела. Но Старинов считал, что необходимо создавать именно войска специального назначения для действий в тылу противника.

Этой же весной Старинов снова оказался на тверской земле. Он был командирован в штаб инженерных войск Калининского фронта для организации работ по устройству минно-взрывных заграждений. Но, помимо основной работы, Илья Григорьевич снова пытается создать специальные диверсионные части для действий в тылу противника. С этой идеей он обратился к командующему фронтом генерал-лейтенанту И.С.Коневу. Конев моментально оценил идею Старинова и тут же дал распоряжение формировать специальную диверсионную бригаду на базе воздушно-десантных войск. “Дело с самого начала приобретало стремительный разгон”, — вспоминал Илья Григорьевич. Конев связался с начальником Генерального штаба А.М.Василевским и попросил, чтобы тот принял Старинова. Василевский дал добро на создание специальных диверсионных бригад и поручил Старинову возглавить отдельную инженерную бригаду специального назначения на Калининском фронте. По заданию Василевского Илья Григорьевич разработал также проект приказа о создании специальных частей на всех фронтах, план нарушения движения по коммуникациям противника на Западном и Калининских фронтах.

В состав бригады вошли три батальона 5-й инженерной бригады и 110-й отдельный моторизованный полк. Комиссаром бригады был назначен А.И.Болотин. Из курсантов Нахабинского инженерного училища Старинов отобрал командиров диверсионных групп. Кроме того, он добился откомандирования в бригаду командиров, с которыми служил под Харьковом и Ростовом, а также группы испанцев. Первыми командирами групп бригады стали капитан Казанцев, старшие лейтенанты Чепак, Романюк, Ильюшенков. Их первую заброску в тыл противника провели на участке 3-й ударной армии. Одни группы должны были соединиться с партизанскими отрядами, другие — действовать самостоятельно. Специальная школа по подготовке минеров для партизанских отрядов была создана также при северо-западной группе ЦК КП(б) Белоруссии, при штабе Калининского фронта (группа находилась в д.Шеино).

По ходатайству Старинова Конев восстановил в прежних званиях всех испанцев, некоторые были назначены на должности командиров диверсионных групп, другие отправлены в качестве инструкторов минно-подрывного дела в партизанские отряды. Первыми в тыл противника были выведены группы старшего лейтенанта П.Романюка, лейтенантов К.Соколова и Г. Криулина, испанцев Канеля, Франсиско Гаспара, Чико Марьяно. Группы старшего лейтенанта Чепака вышли для проведения диверсий на железную дорогу Смоленск – Вязьма.
Основные усилия групп были направлены на срыв подвоза материальных средств и личного состава противника к ржевскому узлу обороны противника. Впервые был поставлен и вопрос о специальных продуктовых наборах повышенной калорийности для забрасываемых групп. Диверсионная школа была создана также на Валдае в зоне действий Северо-Западного фронта. К сожалению, не хватало портативных радиостанций, и, израсходовав запас мин и ВВ, группы вынуждены были возвращаться через линию фронта назад, теряя драгоценное время и силы. Не хватало специальных мин, и Старинов наладил их производство в Калинине. В полосе Калининского фронта на случай возможного летнего отступления советских войск было заложено 46 складов с вооружением и минами. В июне в тыл противника ушли 73 группы минеров. Потерь среди личного состава почти не было.

Старинов по-прежнему был убежден, что для действий в тылу противника нужно создавать специальные войска. И он снова пишет письмо Сталину. Идею создания войск горячо поддержал Конев. В Москве по этому письму Старинов встречался с К.Е.Ворошиловым, М.И.Калининым, секретарем ЦК Г.М.Маленковым, начальником Генштаба А.М.Василевским. Для пополнения бригады испанцами Старинов обратился к Генеральному секретарю Исполкома Коминтерна Г.М.Димитрову. Димитров живо интересовался тактикой действий диверсионных групп, задавал вопросы о возможности использования их опыта в борьбе с фашистами на оккупированных территориях Европы. После этой встречи в состав бригады было направлено еще сто испанцев.

Создание войск специального назначения было не за горами. 23 июля Совинформбюро сообщило, что часть, командиром которой является полковник Старинов, пустила под откос 10 эшелонов противника. Старинов ведет переписку с командованием соседних фронтов. Подготовка диверсионных групп велась также на Карельском, Западном и Южном фронтах. Вот-вот должны были быть подписаны документы о создании инженерных частей специального назначения.

В тылу врага 

Но Старинова неожиданно вызывают в Москву и направляют на работу в Центральный штаб партизанских войск. 17 августа 1942 года приказом наркома обороны были созданы отдельные гвардейские батальоны минеров и отдельная гвардейская бригада минеров при Ставке “для минирования и разрушения коммуникаций в тылу противника”. На Калининском фронте сформировали 10-й отдельный гвардейский батальон минеров. Людей из состава 5-й бригады в него попало мало, но в тылу продолжали эффективно действовать 160-й и 166-й батальоны бригады. Особая активность батальонами была проявлена во вражеском тылу с апреля по август 1943 года. Летом 1943 года в тыл противника стали десантировать целые роты минеров.

В ходе боевых действий семерым бойцам из состава бригады было присвоено звание Героя Советского Союза: старшему лейтенанту Н.Колосову, старшему сержанту В.Горячеву, сержанту Д.Яблочкину, младшему сержанту В.Ефимову, рядовым И.Базалеву, Ф.Безрукову, М.Мягкому. Сотни минеров были награждены боевыми орденами и медалями. Командир диверсионной группы лейтенант Андрианов вывел в августе 1943 года с оккупированной территории шестьсот человек мирного населения. В сентябре этого же года группа Андрианова в составе 25 человек взяла в плен и разоружила 88 диверсантов противника. В июне 1944 года группа вместе с отрядом партизан была окружена. Бой длился весь день. В ходе прорыва Андрианов погиб. После войны именем “Петр Андрианов” был назван волжский теплоход.
Таким образом, Старинов находился на тверской земле с весны до середины августа 1942 года. Этот период и считается одним из важнейших этапов создания спецназа.

“Рельсовая война” или “война на рельсах”?

В Центральном штабе партизанского движения Старинов возглавил школу по подготовке минеров и технический отдел по производству специальных мин. В январе 1943 года Старинов выехал на Кавказ для планирования операций в тылу противника. С собой он увез значительную группу испанцев. В тыл противника в район между Ростовом, Сальском, Тихорецкой и Краснодаром с интервалом в несколько дней было десантировано на парашютах 16 диверсионных групп. Позже стали разрабатывать операции по выводу групп в тыл противника на торпедных катерах в районы Новороссийска и Крымского полуострова.
Совершенствовалась практика применения диверсионных групп и их тактика. Обычно численность группы составляла 5-7 человек, отряда — 20-30 человек. Ночью — движение и диверсии, днем — организация дневки и наблюдение. Большую трудность представляла эвакуация групп. Чтобы продлить срок их действий в тылу противника, по воздуху группам перебрасывали продукты и боеприпасы.

7 марта 1943 года Центральный штаб партизанского движения был расформирован. Расформировали и школу, которую возглавлял Старинов. Его перевели в Украинский штаб партизанского движения. В должности заместителя начальника штаба Старинов сам определял круг своих обязанностей: создал отдел для подготовки диверсантов и планирования диверсионных операций. Как и прежде, Старинову с большим трудом удается отстаивать свое мнение о принципах применения партизанских и диверсионных сил. Командование продолжало планировать операции, где партизаны должны были идти на лобовое столкновение с противником. В таких боях силы партизан быстро иссякали, так как они не имели тяжелого вооружения, запасы боеприпасов были ограниченными, а накапливающиеся раненые снижали подвижность отрядов. Старинов же главным в тактике партизан видел проведение диверсий на коммуникациях. Для этого требовалось несравненно меньше боеприпасов и ВВ, а эффект был гораздо выше.

Приближалась битва на Курской дуге, и Старинов отбыл на Воронежский фронт. Задачи все те же – срыв перевозок противника по железным и шоссейным дорогам. Как отмечает Старинов, в период подготовки к битве под Курском у вышестоящего командования наконец родилось понимание того, что мины не только оборонительное, но и наступательное оружие. Конечно, одним из “виновников” осознания этой реальности был Старинов, чей успешный опыт абсолютно на всех фронтах говорил сам за себя. Самое удивительное, что Старинову удалось убедить руководство отказаться от “рельсовой войны” и вести “войну на рельсах”. В результате был принят именно его план массированного удара по коммуникациям противника.
Для координации усилий партизанских отрядов Старинов вылетел в тыл противника. В ходе Великой Отечественной войны это был его первый вылет за линию фронта. В партизанских отрядах Ковпака, Федорова, Сабурова, Вершигоры и других Илья Григорьевич проводит обучение минеров. Впервые планировалось масштабное применение МЗД на железных дорогах.

Красивая и эффективная идея

5 июля 1943 года началась Курская битва. Старинов считал, что если бы партизанские отряды были своевременно обеспечены необходимым количеством мин, взрывчатки и специалистами, то коммуникации противника можно было парализовать полностью. Более того, он был уверен, что уже в 1942 году можно было бы полностью парализовать снабжение противника по железным дорогам на всех фронтах.

Дальнейшие события показали, что расчеты Старинова оказались правильными. Десятки диверсионных групп установили сотни мин на всех железных дорогах, ведущих к линии фронта на южном направлении. И снова – красивая и гениальная идея. Одновременно на одном участке диверсанты устанавливали десяток МЗД на неизвлекаемость (мины взрывались при попытке разминирования) с разным временем замедления. На боевой взвод ставят первую мину — подрывается первый эшелон противника. Немцы проверяют дорогу, усиливают охрану, снова пускают эшелоны. Часть из них успевает пройти, что притупляет бдительность охраны. В это время диверсанты ставят на боевой взвод вторую мину, и очередной эшелон идет под откос. Немцы прочесывают леса в поисках партизан, но фашистам невдомек, что мины уже стоят в полотне дороги.

Так последовательно мины ждут окончания сроков своего замедления, становятся на боевой взвод и взрываются от вибрации проходящего сверху состава. В конце концов, не найдя ответа и не устранив причину, противник был вынужден полностью прекратить движение по участку дороги.

Так, только отряд Федорова с 7 июля по 10 августа, используя МЗД, пустил под откос 123 эшелона противника, в то время как за предыдущие 16 месяцев — только 65. Для уничтожения такого же количества эшелонов с воздуха понадобились бы сотни самолетовылетов, сотни тон авиационной взрывчатки, неизбежные потери десятков самолетов. Противник спешно бросал на охрану коммуникаций новые и новые части, но мины продолжали взрываться. В результате действий диверсантов снабжение войск по многим железным дорогам было полностью (полностью!) парализовано. Всего же во второй половине 1943 года партизанами было пущено под откос 3143 эшелона! По результативности диверсии партизан оказались в 100 раз эффективнее, чем авиация! А если бы партизанские отряды действовали согласованно, они были бы способны парализовать движение на огромной территории. Чтобы понять эту нехитрую идею, на которой все время настаивал Старинов, потребовалось два тяжелых года войны и миллионы погибших.

Не признавали , потому, что боялись 

Во время Великой Отечественной Старинов прошел практически по всем фронтам, создал десятки школ по подготовке диверсантов, лабораторий по производству мин, подготовил лично свыше 2000 подрывников. Его ученики и подготовленные ими минеры пустили под откос около 12000 эшелонов противника. Он входил в список личных врагов Гитлера.
Именно Старинов сделал решающий вклад в создание в 1950 году войск специального назначения — спецназа ГРУ ГШ. Он разработал в деталях тактику и стратегию его применения, создал десятки образцов специальной техники. Именно Старинов сумел на практике доказать, что “мины — не оборонительное, а сугубо наступательное оружие”, что “заложенная в нужном месте мина бьет без промаха”, в отличие от слепого снаряда.

Жизнь как подвиг 

Еще на гражданской войне Старинов серьезно подорвал здоровье, заработав ревматизм в тяжелой форме. В ходе финской войны он получил тяжелую инвалидность, которая позволяла ему оставить службу в армии. Врачи отпустили Илье Григорьевичу, при надлежащем соблюдении режима, 50 лет жизни. Строгая самодисциплина, здоровый образ жизни (никогда не пил и не курил, постоянно занимался физкультурой) позволили ему не только дожить до ста лет, но и пройти четыре тяжелейших войны. Старинова пять раз представляли к генеральскому званию, трижды — к званию Героя Советского Союза. Но ни то ни другое он не получил — слишком уж часто профессионал высочайшего уровня был не согласен с вышестоящим начальством, слишком часто открыто отстаивал свое мнение.

Автор Дмитрий Подушков

Источник